В Новосибирской области суд поставил точку в деле об учителе-педофиле.Борис Щеблыкин — преподаватель из Чановского района — признан виновным, но за решетку его отправлять не стали.

Примечательно, что этот педагог долгие годы считался настоящим образцом в школе. Местный Макаренко был, как говорится, «мастер на все руки»: вел и физкультуру, и информатику, и труд… Даже разрабатывал собственные учебные программы.

Также известно, что у Щеблыкина – боевое прошлое. По словам односельчан, в свое время педагог служил в Таджикистане. Он, к тому же, человек с непростым прошлым – выпускник детского дома.

Незаменимый учитель, активист… А в прошлом году его уличили в педофилии. Оказалось, что Щеблыкин питал к детям не только воспитательный интерес…

- По данным следствия, он в течение нескольких лет «зажимал» девочек на уроках физкультуры. Причем его жертвами были наименее защищенные ученицы – из не самых благополучных семей. Видимо, злоумышленник выбирал тех школьниц, которые меньше всего могли рассчитывать на защиту родителей, — рассказал «Комсомолке» собеседник в правоохранительных органах.

В придачу ко всему, в школьном компьютере педагог хранил колоссальное количество порно. В том числе – домашние видеозаписи со своим собственным участием. Была версия, что свою «фильмографию» автор показывал ученикам. Но доказательств этому не нашлось.

Впрочем, это все равно – не самое страшное. У Щеблыкина оказались ролики с обнаженными детьми, которых снимал сам извращенец.

Когда до учителя добрались сыщики, он быстро смекнул, что ему грозит серьезная статья. Поспешил  разобраться с вещдоками – стер память жесткого диска. Чановский программист Анатолий Селедков восстановил удаленное содержимое диска. Так что большая часть улик оказалась в руках сыщиков.

Дело дошло до служителей Фемиды. Говорят, в коридорах суда простоватые сельчане судачили: «негодяй, конечно, но не садить же его в тюрьму… не убийца же, все-таки…».

Его, действительно, не посадили. Приговорили к шести годам лишения свободы, но – условно. Правда, в школе запретили работать. Не навсегда, конечно, — на ближайшие десять лет.

Комсомольская правда